Созависимые дети.

Люди, живущие рядом с зависимым близким, называются созависимые.  Я росла в семье с зависимым родителем – отцом-алкоголиком, то есть была созависимым ребенком. Насколько сильно отрицание этой проблемы я сейчас понимаю, потому что, даже когда я пишу эти строки, я думаю: «О чем это я? Ведь мы отца не так часто видели и не факт, что  он всегда был алкоголиком». Потому что очень стыдно быть дочерью алкоголика и ребенком из проблемной семьи. Кажется, что все было не так  плохо, и что родители были все-таки милыми и добрыми. И никакие мы с сестрой не созависимые. Да это так. С одной стороны. Но, с другой стороны, способы поведения, усвоенные мною в детстве, во взрослой жизни очень раздражали моего мужа и отрицательно влияли и продолжают влиять на наш союз.

Например, меня с сестрой научили ничего не говорить напрямую. Мы плохо умели выражать чувства и желания. Что, по сути, характеризует позицию жертвы и такую роль часто играют созависимые. Всегда нужно было сделать как-то так, чтобы другой человек (не обязательно отец, ведь я переносила эти отношения и на своих друзей) понял, что я от него хочу и сделал это, несмотря на то, что я ему об этом напрямую никогда не говорила. И если тот, другой, все-таки не предпринимал никаких действий, становилось горько и обидно до глубины души. Ты чувствовал себя преданным. Хотя, если бы просто о чем-то попросить этого человека напрямую, то он бы пошел навстречу мне и, возможно, поступил бы так, как я его о том просила. Но тогда бы не было этой тайны, этой игры и все было бы очень просто. И, с другой стороны, мне ведь могли отказать в моей просьбе, что тоже очень обидело бы меня, но тогда причина моей обиды была бы ясна и люди смогли бы сделать какие-то выводы обо мне, составить мнение, и узнать обо мне что-то нежелательное, то, что мне всегда хотелось скрыть.

Нас с сестрой так же учили, что в нашей семье и у нас лично нет проблем. Считалось, что ты совершенно здоров и у тебя нет ни в чем необходимости. Такие установки также характеризуют  роль жертвы, которую часто играют созависимые. Это повлияло, прежде всего, на отношение к моему здоровью. Даже какие-то явные неполадки с организмом мне не хотелось замечать и предавать им значение. Все ведь «само как-нибудь» рассосется. Одно время я даже подобрала себе для изучения направление в психологии, в котором говорилось, что все болезни от неполадок в психическом здоровье. Я абсолютизировала эти тезисы, и мне казалось, что к врачам не нужно ходить в принципе, а нужно работать над своим собственным «я», тогда и здоровье твое будет гармоничным.

Такой подход к здоровью повлиял и на способ решения других жизненных сложных ситуаций. Проблема не замечалась в принципе, пока ситуация не концентрировалась до такой степени, что образовавшийся узел сложно было развязать и можно было только разрубить. Здесь есть какая- то магия. Кажется, что если много раз сказать себе, что проблемы нет, то она сама куда-то исчезнет.

Так как в детстве я поддерживала созависимые отношения, меня всегда угнетали праздники. Сейчас объясню в чем здесь связь. Сначала ожидание чего-то, напряжение, возбуждение «вот-вот сейчас произойдет что- то чудесное!». Но, если в семье не было гостей, то, видимо, главной задачей для мамы было не дать папе «пойти в разнос». Поэтому за столом всегда царило сильнейшее напряжение. Все быстро съедалось, а чудо не происходило. Идти гулять всей семьей было нежелательно, так как там, на улице, отец, по мнению мамы, мог сразу выйти из-под контроля. Поэтому, после застолья, каждый разбредался по своим компаниям «допраздновать».

Так как в детстве я поддерживала созависимые отношения, я так хорошо научилась жить жизнью зависимого, что в последствии мне было сложно наладить свою собственную жизнь. Какое-то время я жила жизнью своей подруги и меня больше всего волновало то, как там у них сейчас и что происходит. Я пыталась перенести свои созависимые отношения во взрослую жизнь. Но, к счастью, мне быстро удалось понять, что  такой способ существования, как жить жизнью другого человека, ведет «в никуда».

Что касается личных отношений, то мне всегда, конечно, нравились мальчики, которые злоупотребляли, для меня в этом был какой-то особенный шарм. Думаю, что, если бы я рано вышла замуж, не пройдя психотерапии групповой и индивидуальной, мой муж бы обязательно стал химически зависимым и у нас бы сложились созависимые отношения.

Большой сложностью в моих отношениях  с мужем стало мое недоверие к людям, и к нему в частности. Недоверие порождало неуверенность в себе, в том, что что-то получится, отсюда появлялась нерешительность. Наверное, многие созависимые люди научаются не доверять, и в дальнейшей жизни такой подход снижает возможность жить полноценно и радостно.

Вообще нам с сестрой на многие вопросы приходилось искать ответы самостоятельно, так как маму всегда больше заботило то, что там с папой.

Мне всегда казалось, что умение давать жесткие и категоричные оценки, стоять на своем, делать окончательный и бесповоротный вывод является моим преимущество. Я не считала такое мышление ригидным, и мне казалось, что таким способом я прибавляю себе сил.

Чтобы уйти от реальности я научилась очень хорошо фантазировать и придумывать себе сказки на ночь. У меня эта привычка дошла до автоматизма, каждый вечер перед сном я погружалась в другую сказочную реальность, где все было хорошо и спокойно, мечты сбывались, и все происходило так, как я хотела.  И позже, став взрослой, мне было очень сложно избавится от этой привычки.

Возможно, прочитав мою статью, какие-то моменты вам покажутся знакомыми. В других статьях о созависимости вы можете узнать о способах, с помощью которых можно попытаться освободиться от созависимости.

Оставить отзыв